Н.Жиленко. Театр - все, что есть у меня...
(газета "Республика Башкртостан" от 13 августа 2008 года)

Н.Жиленко. Звезда по имени Фирдаус
(газета "Республика Башкртостан" от 7 февраля 2008 года)

Звезда по имени Фирдаус

Судьба и талант сделали ее башкирской прима-балериной

В те времена мы еще не называли хороших актеров, танцовщиков, певцов звездами. Это сейчас  довольно щедро раздаем эпитеты…

Хотя в башкирском балете  артисты звездного таланта были с самого начала: Зайтуна Насретдинова, Халяф Сафиуллин, Гузель Сулейманова, Майя Тагирова… В конце 50-х в труппу пришла еще одна выпускница Ленинградского хореографического училища - Фирдаус Нафикова.

Я впервые увидела балерину в балете Б.Асафьева «Бахчисарайский фонтан» - и запомнила ее имя.  Зарема-Нафикова потрясла. Молодость, красота, безудержный темперамент, техника танца – именно ленинградская школа, богатая актерская палитра. Все было так гармонично, экспрессивно, художественно целостно и сильно… А ведь я после учебы в Ленинграде, спектаклей Кировского театра тосковала по своему любимому искусству и не предполагала в далекой Уфе встретить нечто подобное.  Так начался мой пожизненный роман с  башкирским балетом.

Через несколько лет  мы стали с Фирдаус Нафиковой соседями по лестничной клетке, жили бок о бок, буквально через стенку, целых тринадцать лет. Она и в жизни, в быту была яркой, неповторимой, многогранной, взбалмошной, веселой, в то же время - удивительно доброй и справедливой.  Мои дети и ее сын Тагир росли вместе.  Фирдаус брала с собой в театр, на репетиции, мою дочку, и в третьем классе в каком-то мини-сочинении Леночка написала: «Хочу стать балериной, как тетя Фирдаус». Мы встречали вместе Новый год, и однажды я познакомилась у нее с Майей Тагировой, Ильдусом Хабировым. Тогда я впервые услышала историю Рудольфа Нуреева. Говорили  вполголоса, ведь он был «врагом народа».

Что это значит Фирдаус знала не понаслышке. С Раннего детства ей пришлось хлебнуть настоящего лиха. Отец, работник НКВД, был репрессирован, умер в ссылке от туберкулеза. Горе и лишения сгубили и мать. Осталось пятеро детей, всех разбросало - кого куда. Самые младшие - Зифа и Фирдаус - оказались в детском доме с клеймом «дети врага народа». отца реабилитировали в 1956 году, когда Фирдаус уже окончила хореографическое училище. 

В театре Фирдаус Нафикова начинала с небольших сольных выходов. Ее пестовали Зайтуна Насретдинова и Халяф Сафиуллин. Зарема стала первой ведущей партией молодой балерины. А вскоре она уже танцевала в «Лебедином озере». Ее индивидуальность  разрушала  привычные стереотипы, героини Фирдаус в классических балетах не были похожи на традиционные. Одетту она делала не беспомощной и аморфной, а смелой и решительной. В партии Одиллии устраивала себе настоящий праздник, давала волю своей страстной натуре, сама себе задавала бешеный ритм прыжков и вращений и была столь обольстительна, что никого, кажется, не удивляло, что Зигфрид забывает клятву, данную Одетте.

Но если говорить о своеобразной визитной карточке балерины, то это, безусловно, ее Кармен в балете «Кармен-сюита» Бизе-Щедрина. Уфимцы увидели его в 1974 году. Эта постановка была своеобразным семейным подрядом великой фамилии: балетмейстер – Александр Плисецкий, который перенес на уфимскую сцену причудливую, необычную  хореографию Альберто Алонсо, художник - Борис Мессерер. Роль Хозе   в шести уфимских спектаклях исполнил Азарий Плисецкий.  Он первым станцевал эту партию в Национальном балете Кубы с самой Алисией Алонсо. Но башкирская Кармен его пленила, он с благодарностью говорил в газетных интервью о Нафиковой как великолепной партнерше и замечательной артистке.  В роли Кармен во всем блеске проявилось незаурядное дарование Фирдаус. Она потрясала публику взрывным темпераментом, драматической глубиной образа, изумительно передавала своеобразие хореографической пластики.

Испанская тема так увлекла труппу, что в следующем году на одном дыхании был поставлен балет «Испанские миниатюры», где тоже блистала Фирдаус Нафикова. Именно тогда к ее титулу – народная артистка РСФСР – прибавилось почетное: лауреат государственной премии имени Салавата Юлаева.

Фирдаус с упоением танцевала Китри в «Дон Кихоте». В этой партии триумфально выступила в спектакле Большого театра на сцене Кремлевского Дворца съездов. Она полностью отдавалась стихии венских мелодий в «Голубом Дунае» Иоганна Штрауса – ее Франциска незабываема.

Балерине всегда было интересно  показать человеческую натуру во всем многообразии и богатстве. Такие возможности давали ей роли в национальных балетах. Галима («Черноликие»), Зайтунгуль («Журавлиная песнь»), Танкабике («В ночь лунного затмения») – в этих ролях от нежного, глубокого лиризма Нафикова поднимается до высот подлинного трагизма. В хореографии она тонко и органично передала  своеобразие сплава классической и национальной хореографии. Творчество Нафиковой -  одна из самых выразительных страниц истории башкирского искусства.

Танцем Фирдаус Нафиковой восторгались любители балета Венгрии, Чехословакии, Гвинеи, Ганы, Индии, Японии… В 1959 году она стала лауреатом УП Всемирного фестиваля молодежи   в Вене.

События и сам танец балерины так ярки, неувядаемы, что не верится: все это в прошлом, и ее самой уже нет на свете… Наше поколение воспитано в крепком атеистическом духе, тем не менее хочется верить, что есть некий параллельный мир, в котором нелегкая, неоднозначная жизнь этой незаурядной женщины вознаградится, ее мятежный дух обретет покой.

А может быть, она уже превратилась в яркую звезду и, пронзая холодное пространство теплым сиянием, согревает и лелеет в наших сердцах память о ней…

Нина ЖИЛЕНКО.

 Театр - все, что есть у меня...

14 августа народной артистке СССР Зайтуне Насретдиновой исполняется 85 лет

Судьба делает личность, или, наоборот, личность творит свою судьбу? Наверное, бывает по-всякому. В случае с Зайтуной Агзамовной этот процесс взаимосвязанный. Свое предназначение она всегда поддерживала талантом, великим трудолюбием, духовным совершенствованием. Первая балерина республики, она танцевала на сцене Башкирского государственного театра оперы и балета без малого четверть века. Лебединый полет был прерван в 1965 году, когда внезапно, в расцвете сил и творчества, ушел из жизни муж, друг, единомышленник, партнер по сцене Халяф Сафиуллин.  После его кончины она так и не появилась перед зрителями ни в одном спектакле. Но в театре по сей день как педагог-репетитор. Эстетика и душа ее танца живет в учениках.

Годы бегут неумолимо, но, покоряя время и пространство, Зайтуна Насретдинова вновь и вновь подтверждает свою значимость в мировой культуре. Международный биографический центр в Кембридже признал выдающиеся заслуги балерины, включив ее в энциклопедию «Кто есть кто. Женщины мира». Три года назад журнал «Балет» присудил ей приз «Душа танца». А нынешней весной Зайтуна Агзамовна стала лауреатом Национальной театральной премии «Золотая маска-2008» в почетной номинации «За честь и достоинство».

Зайтуна Агзамрвна сдержанный человек, «разговорить» ее непросто. Тем драгоценнее рассказ балерины о себе. Простой, спокойный, он волнует особыми интонациями, пронизанными любовью к театру, преданностью делу, которому она служит всю легендарную жизнь.

- Мне трудно припомнить конкретные детали первых дней работы в театре. Начало войны – беспокойство, смятение. В училище не состоялся наш выпускной вечер… 9 июля 1941 года мы были уже в Уфе. Это дата моего поступления в театр, единственная запись в моей трудовой книжке. Халяф Гатеевич Сафиуллин и я были первыми солистами башкирского балета, первыми выпускниками национального отделения Ленинградского хореографического училища имени Вагановой. Я всю жизнь горжусь тем, что наше правительство вовремя подумало о кадрах, и в течение десятилетий артистов балета для башкирского театра готовили замечательные педагоги: Ширяев, Пушкин, Лопухов, Ширипина и др.

Во время войны в Уфу был эвакуирован Киевский театр оперы и балета, мы работали вместе, и это счастье, что мы окунулись в атмосферу театральной жизни, в художническую лабораторию рядом с талантливыми артистами – певцами Иваном Паторжинским, Зоей Гайдай, Ириной Масленниковой, танцовщиками Антониной Васильевой, Александром Соболем и другими. Нам повезло, что первые годы нашей творческой жизни озарили такие личности, как Файзи Гаскаров и Елена Войтович. Они, можно сказать, сделали нас. Елена Константиновна была для меня второй мамой. Бывшая танцовщица Мариинского театра, она не только передала свой богатейший балеринский опыт, но заботилась, чтобы я вовремя поела, отдохнула. А одежда… У нас ведь ничего не было, из Ленинграда приехала  во фланелевом платьице. Не могу не вспомнить такие трогательные эпизоды. Министр культуры Даут Темирович Емасов, узнав о бедственном положении ведущей солистки, распорядился, чтобы мне сшили пальто из красивой ткани цвета хаки и костюм из белого кашемира. А председатель Верховного Совета БАССР Гильман Вильданович Нигмаджанов вызвал к себе тогдашнего директора театра Булата Губаевича Имашева и сказал: «Выдай, пожалуйста, Насретдиновой 9 тысяч рублей. Я договорился на центральном складе – ей выдадут шубу. А расплатится – когда сможет».   При окладе 700 рублей эта сумма казалась фантастической. Но на мои плечи легла черная каракулевая шуба, о происхождении которой складывались легенды… Давно нет этих людей, но их добро, душевное тепло и свет до сих пор согревают сердце.

Я любила все спектакли, в которых танцевала, все роли были интересны, и каждая дорога по-своему. Но если выделять самые-самые, то  это, безусловно, «Журавлиная песнь». Ее я «пропевала» в течение всей жизни. Еще когда мы учились в Ленинграде, Файзи Гаскаров написал либретто и посвятил мне. Имя героини –  Зайтунгуль, то есть цветок Зайтуны. Работу над этим балетом – первую постановку – театр посвятил 25-летнему юбилею Башкирской автономной республики. Булат Губаевич Имашев (светлая ему память!) поехал в Пермь, куда был эвакуирован Мариинский театр, и привез оттуда педагогов А.Писарева, Е.Ширипину, хореографа Н.А.Анисимову. В 1955 году «Журавлиная песнь» была показана во время декады башкирского искусства в Москве, покорила столичную публику. Именно тогда мне присвоено звание народной артистки СССР.

Образ башкирской девушки, ее любовь и страдания были близки и понятны, хореография в основе своей классическая, но с искусным вплетением рисунка национального танца увлекла красотой и техническим совершенством, музыка Льва Степанова вдохновляла. Танцуя Зайтунгуль, я не «играла роль», я была ею.

И, конечно, один из любимых балетов –  «Лебединое озеро». Мне всегда было интересно вылепливать в одном спектакле сразу два образа – таких разных, сложных. С удовольствием, даже упоением танцевала и Одетту, и Одиллию. Очень любила также партии Эсмеральды, Лауренсии – выразительные, темпераментные, с захватывающей драматургией и сложной хореографией. Один из памятных балетов – «Бахчисарайский фонтан» Б.Асафьева. В мае 1952 года в Уфу приезжала великая Галина Уланова, и я танцевала с ней: она – Марию, я – Зарему. Через несколько лет мы встретились с ней в Москве как старые знакомые.

Из театра я никогда не уходила. Это мой дом, моя жизнь, все, что у меня есть… Стараюсь не пропускать оперных премьер, интересных концертов. А о балетных спектаклях нечего и говорить, это моя работа.

Мне нравятся все постановки Юрия Николаевича Григоровича. Я обожаю этого человека. Мы в одно время учились с ним в ЛХУ. Он с большим уважением относился к Халяфу Гатеевичу и позже с сожалением говорил, что это «талант, не до конца востребованный». Уже в годы учебы мы называли Григоровича «профессором». Теперь он всемирно признанный гений хореографии. Для нашей труппы он сделал так много, что трудно оценить, осмыслить. Его  «Щелкунчик», «Лебединое озеро», «Дон Кихот» - прекрасные творения самого прекрасного вида искусства.

Молодым артистам хочу пожелать не «плыть по течению», воспитывать в себе культуру, духовность, самодисциплину. В нашей профессии одного таланта недостаточно, чтобы добиться высоких результатов, без ежедневного, каторжного труда он просто засохнет. Учитесь трудолюбию и целеустремленности у таких людей, как Рудольф Нуреев. Вот был настоящий «трудяга», и головокружительную мировую славу он заработал  своим трудом и упорством.

Я рада, что последнее время в нашу речь вернулось слово «патриотизм». Любите родину, это такой мощный источник сил – и жизненных, и творческих. Уж поверьте мне, я не раз испытала это на своем опыте.

Нина ЖИЛЕНКО.